Ранним утром 22 июня все иркутяне проснулись от чудовищного грохота за окном — над городом бушевала страшная гроза. И мы сразу вспомнили историю, которую рассказали нашим читателям год назад: в августе 2021-го на Шумакском перевале в иркутского спортсмена Евгения Александрова ударила молния. Разряд прошел сквозь тело насквозь — от макушки до пяток, но наш герой выжил! Более того, несмотря на серьезные травмы, намеревался уже осенью вернуться к обычной жизни — походам и тренировкам. И вот спустя почти год мы решили узнать, как обстоят дела у Евгения, удалось ли ему восстановить здоровье и вернуться к профессиональной деятельности. Ответы собеседника нас порадовали.

— Спасибо, у меня все хорошо! — говорит Евгений с улыбкой. — Слух, правда, еще полностью не восстановился, примерно на восемьдесят процентов: слышу людей, только если они рядом. Но мне уже сделали две операции по восстановлению барабанных перепонок, и врачи обещают, что в течение года слух будет улучшаться. Два месяца назад я отказался от слухового аппарата. В остальном чувствую себя почти так же, как и до происшествия.

И это похоже на чудо. Особенно если вспомнить, что случилось с Евгением прошлым летом. Он возглавлял группу возвращавшихся из похода на Шумак. На обратном пути на перевале началась гроза, однако даже опытные туристы не ожидали ничего страшного: гром гремел вдалеке, а молний и вовсе не было видно.

— Все произошло очень быстро, — рассказывал тогда Евгений. — Сам момент удара не помню — просто выключился. Когда очнулся, лежал на камнях, а жена Ирина с меня кровь стирала.

Как стало понятно позже, его с силой швырнуло на камни, в результате чего он получил многочисленные переломы лицевой кости. От одежды остались лишь лохмотья: молния порвала рюкзак, куртку, одну гачу трико и ботинок. На голове обгорели волосы, сильные ожоги появились также на спине, груди и ноге. Из-за сотрясения мозга Евгений совсем не мог стоять, даже на коленях.

Вывозили его с помощью МЧС. После приезда в Иркутск сразу положили в больницу и комплексно обследовали. Оказалось, молния буквально прошила его насквозь: она вошла через голову и вышла через левую пятку. При этом все переломы без смещения, а из серьезных повреждений — лишь порванные барабанные перепонки.

— Я только позже понял, насколько значимую роль в нашем организме играют барабанные перепонки, — продолжает Евгений. — Они отвечают в том числе и за вестибулярный аппарат, поэтому сразу после удара я был полностью дезориентирован, не мог стоять даже на четвереньках. Когда мне сделали операцию на левом ухе (был поврежден слуховой нерв, это ухо по-прежнему слышит хуже) и восстановили перепонку, пришлось заново адаптироваться, и это оказалось тяжело: постоянно кружилась голова, тошнило, а мышцы болели, словно после тяжелой тренировки. Врачи говорили, что это нормально, организм перестраивается.

Восстанавливали не только перепонки, но и слуховые косточки. Обе операции (первую провели в сентябре, на втором ухе — в январе) были сложными и длились по несколько часов, а процесс срастания, по словам Евгения, продолжается до сих пор (надо отдать должное нашей системе здравоохранения — все операции, как и лечение, не стоили иркутянину ни копейки. — Прим. авт.).

Параллельно ему делали внутривенные инъекции и давали лекарства, которые назначают при травмах головного мозга. Обследование, проведенное в больнице осенью, показало, что все остальные органы целы. Были ожоги, но они быстро затянулись. Единственное, что требовало терпения, — срастание лицевых костей. Долго заживала также ранка на подошве, через которую вышла молния.

— Первое время из-за переломов жевать было больно, поэтому ел только жидкую пищу, — говорит Евгений. — Лишь ближе к весне начал понимать, что могу жевать полноценно: переломы срослись.

Сейчас Евгений Александров уже вернулся к прежней жизни — ходит в походы, ежедневно тренируется, работает (напомним, Евгений — тренер по универсальному бою, воспитал несколько чемпионов мира по разным видам единоборств и с 2010 года носит звание заслуженного тренера России). И продолжает вести блог на YouTube, где рассказывает обо всех тонкостях походной жизни. Наш звонок, к слову, застал его как раз за монтажом очередной серии о том, как он со своей семьей ходил в поход по Байкальскому заповеднику.

— Есть, правда, пока ограничения по здоровью, — вздыхает Евгений. — Из-за проблем с перепонками, например, мне до сих пор запрещено на самолетах летать и пользоваться лифтами (во всяком случае, подняться сразу с первого на десятый этаж). И в горы пока нельзя, так что в походы хожу несложные — по 10–20 км. Но уже в августе собираюсь с группой в Долину вулканов (это на границе с Монголией. — Прим. авт.). То есть в первый раз пойду в горы после удара молнией.

На вопрос, не страшно ли ему после случившегося вновь отправляться в рискованное путешествие, Евгений отвечает:

— Нет. Но я стал еще более философски относиться к жизни. Мы же редко задумываемся о том, что с нами может что-то нехорошее случиться, а оно, увы, случается. Я, например, мог бы и не очнуться после того удара. А раз выжил, то грех жаловаться. Жизнь — большая ценность, надо брать от нее все по максимуму, а там будь что будет!

Наталья Федотова

Фото из архива Евгения Александрова

Сейчас Евгений Александров продолжает ходить в походы и водить группы из своих воспитанников. Но пока это несложные маршруты. В их числе, например, сплав по реке Шаманке (на фото они рядом с утесом «33 богатыря»). Путешествует Евгений также по Байкалу, нередко вместе со своей семьей – супругой и тремя детьми. А вот одиночные вылазки в лес, как признается, больше не делает – опасается. Да и родные не отпускают

О том, что произошло с Евгением Александровым, мы рассказали год назад в сентябре. И признались, что удивить журналистов газеты «Иркутск» трудно: прежде писали о разных историях, но такой, что случилась с этим опытным походником, припомнить не смогли. Евгений нам подробно рассказал о произошедшем, не скупясь на детали, и от них, если честно, по коже мурашки бегали